новости

все новости

Подвиг защитников Одессы в апреле 1854 года

15:57 14 Апреля

Первым в православном календаре праздником Касперовского образа Матери Божией отмечается день среды пасхальной Светлой Седмицы. Связано это с тем, что благодаря помощи Божией и героям-защитникам Одессы, в этот день в 1854 году корабли напавшего на город противника покинули одесский рейд.

Фото: Подвиг защитников Одессы в апреле 1854 года

Автор:

4 октября 1853 г. Турция при поддержке Англии и Франции объявила России войну. После того, как англо-французская эскадра начала появляться в разных частях Черного моря, Одесса стала готовиться к возможному нападению. Вдоль побережья города было устроено шесть батарей:

 

№1, поручика Винокурова (из двух 1-пудовых единорогов и шести 2-пудовых/245-мм мортир) — батарея разместилась на высоком плато (на Ланжероновском мысу) над морем, между стеной Чумного квартала, Карантина и обрывом;

 

№2, прапорщика Арженина (из шести 24-фунтовых /147,3-мм пушек) в средней части Карантинного мола;

 

№3, подпоручика Волошинова (из шестнадцати 24-фунтовых пушек) — самую многочисленную разместили на оконечности Карантинного мола;

 

№4, прапорщика Крылова (из восьми 1-пудовых единорогов) и №5, прапорщика Андрюцкого (из шести 24-фунтовых пушек) — между Карантинной и Практической гаванями, справа и слева, соответственно, от Бульварной (ныне Потёмкинской) лестницы, также почти над самой водой;

 

№6, прапорщика Щёголева (из четырёх 24-фунтовых пушек), самая малочисленная — на оконечности Практического (Военного) мола напротив Воронцовского дворца.

 

Гарнизон Одессы состоял также из 16-ти батальонов пехотных и егерских полков, 18-ти эскадронов и сотен кавалерии при 76-ти полевых орудиях семи различных батарей. Командовал обороной города барон Д.Е.Остен-Сакен.

 

8 апреля неприятельский флот в составе 28-ми судов, имевший на вооружении до 1900 орудий, подошёл к Одессе. Около 2-х часов дня от флота отделился пароход для промера глубин и предупреждения стоявших на рейде коммерческих судов о предстоящей атаке города. Военная эскадра осталась до следующего дня на одесском рейде, растянувшись от Ланжерона до Малого Фонтана. В городе стало известно, что местные банки получили денежные переводы на имена офицеров английской эскадры – настолько уверены они были в своей непобедимости.

 

9 апреля, в пятницу предпасхальной Страстной Недели — в самый скорбный для православных христиан день, верующие собрались к 2-м часам дня в храмах для традиционного богослужения и к выносу Плащаницы Христовой. В Спaco-Преображенском соборе архиепископ Иннокентий (Борисов) перед лицом грозившей опасности особо прочувствованными словами воодушевлял прихожан. К вечеру было объявлено об осадном положении в городе. Штаб генерала Остен-Сакена разместился на даче Лидерса, напротив передовых кораблей вражеской эскадры. На башне, возвышавшейся над домом, был расположен наблюдатель. В тревоге и приготовлениях прошла ночь.

 

*  *  *

На рассвете 10 апреля противник стал проявлять активность. Отделившись от эскадры, два французских парохода («Вобан» и «Дескартс») и два английских («Тигр» и «Самсон») вошли вглубь бухты, выстроившись в линию от Карантинной гавани до Военного мола. После первого выстрела началась непрерывная канонада. Постепенно весь огонь нападающих сосредоточился на батарее №6. Стало очевидным, что эта самая маленькая батарея, оказавшаяся ближе всех к фарватеру, более других «мешала» проникновению вглубь бухты. Огонь героической батареи был настолько точен, что вскоре был выведен из строя французский пароход «Вобан». Вместо него союзники направили в порт три английских парохода и ещё один французский.

 

Но в это время, примерно в восемь с половиной часов налетел сильный ветер с моря, который стал быстро поднимать уровень воды в заливе. Суда противника получили возможность войти вглубь залива и выстроиться дугой перед Военным молом. Для обеспечения большей эффективности огня своей артиллерии они после выстрелов отходили для перезарядки пушек, сменяя друг друга и образуя огненную «карусель».

 

Обойдя батарею слева, они заняли позицию, на которой им могли противостоять только два орудия левого фланга батареи героев. Но достаточно эффективно, по своему расположению, могло стрелять только одно орудие — все батареи были устроены для отражения огня с моря, а не с тыла. Таким образом, батарея №6 прикрывала ещё и полностью открытые врагу фланг и тыл батареи №5.

 

Одно за другим загорались суда в порту. Горели склады, другие постройки порта, грузы на причалах, начались пожары в городе. Частые удары соборного колокола сливались с непрерывным грохотом орудий, взрывами и треском.

 

Вскоре противник перешёл к стрельбе залпами — сотни орудий против двух. Было подбито крайнее правое орудие батареи №6. Горели брёвна мерлонов — защитных сооружений батареи №6, которую окружали огонь и противник.

 

В полдень к нападавшим присоединилось ещё одно судно — оправившийся от ударов «француз». Все их орудия были направлены против, казалось, чудом стоявшей батареи. Трудно было поверить в то, что среди моря огня против современнейших кораблей (более 350 орудий на борту и около полутора тысяч человек в экипажах), продолжала воевать небольшая группка обычных солдат, с 4-мя пушками и под командой «необстрелянного» прапорщика – недавнего 21-летнего выпускника Дворянского корпуса.

 

Только в 12 часов 42 минуты, когда горело всё, что могло гореть на батарее, и пламя пожара приблизилось к пороховым ящикам, реально угрожая уничтожением всех, батарейцы прекратили огонь и отошли на позицию 5-й батареи. Неистовый крик радости раздался над кораблями объединенного флота по поводу «победы» над крошечной 4-пушечной батареей, что само по себе явилось признанием её невероятной стойкости и силы. В момент взрыва на батарее замер город, зазвенели стёкла в окнах, в куполе собора.

 

Не остались без дела и остальные береговые батареи. Заметив на башне дома Лидерса сигнальные знаки, командующий английской эскадры направил к берегу фрегат, который открыл огонь по башне. Но в результате артиллерийской дуэли с Ланжероновской батареей №1 корабль был вынужден отойти. Минут через 20 он снова направился к берегу, тут же попав под обстрел батарей №№ 1, 2 и 3.

 

Остановившись перед Ланжероновским мысом, корабль стал обстреливать Ланжероновскую батарею, дачу Лидерса и даже район Свято-Архангело-Михайловского женского монастыря. Однако выгодная позиция батареи №1 на высоком берегу у Карантина и мастерство артиллеристов её мортир привели к тому, что, понеся значительные потери враг отступил.

 

Батарея №3 ещё часов до девяти продолжала бой с двумя пароходами, обстреливавшими её и маяк на оконечности Карантинного мола.

 

Притихшая было после взрыва на батарее Щёголева канонада вдруг снова возобновилась после 2-х часов дня. Восемнадцать баркасов и шлюпок противника с десантом на борту устремились в сторону низкого берега Пересыпи, обстреливая её постройки зажигательными ракетами. Их поддерживали своей артиллерией пять кораблей. Но в этом месте берега ещё с утра были предусмотрительно расположены шесть рот пехоты с командиром Украинского егерского полка майором Чемерзиным и 4 полевые орудия.

 

Когда передовые шлюпки десанта подошли к берегу, их встретила картечь полевых орудий. Один из баркасов тут же затонул; на остальных десантных судах возникла невообразимая паника — нападавшие гибли от обстрела с берега, тонули убитые и раненые. Десант обратился в бегство. Фрегаты усилили огонь своих тяжёлых дальнобойных орудий по полевой батарее, а потом перенесли его вглубь Пересыпи, по жилым домам пригорода и вновь по городу. Но больше попытки десантироваться не предпринимались, и к 17-ти часам враг вовсе прекратил бомбардировку.

 

Когда наступила освещаемая пожарами ночь, зазвучали пасхальные звоны колоколов. В храмах начали совершаться обычные праздничные богослужения. Но, несмотря на праздник, шли работы по усилению обороны.

 

На рассвете, в пасхальный день 11 апреля противник направил к городу фрегат: с судна полетели ядра в сторону батарей. Враг получил достойный ответ — в его корпус и мачту впились ядра, палуба обагрилась кровью матросов. Сделав без толку около двух десятков выстрелов, корабль стремительно ретировался. Больше противник, получивший решительный отпор, нападать не пытался.

 

Два дня прошли спокойно. Уже в понедельник вечером на Николаевском бульваре было много народа, играла музыка. Во вторник противник хоронил на одесском рейде погибших. Только в среду Светлой Седмицы — 14 апреля объединённая эскадра ушла ни с чем, оставив одесситам на память хорошо известные по литературе ассоциации времён «королевских пиратов».

 

Немедленно по уходу с одесского рейда вражеских кораблей Преосвященный Иннокентий отслужил в Свято-Преображенском соборе благодарственный молебен. На следующий же день после литургии в соборе архипастырь, все дни опасности мужественно поддерживавший свою паству, произнёс пламенную проповедь: «Честь и слава Одессе! Она подала прекрасный пример любви к отечеству! Отныне Одесса будет чтить навсегда свой славный год 1854». В тот же день состоялся общий с церковным обрядом парад войск гарнизона.

 

Геннадий Калугин,
член правления Одесской областной организации украинского общества охраны памятников истории и культуры

98 098
217
23

коротко о погоде

курсы валют

Загружаемкурсы валют от minfin.com.ua

и шо ви думаете?

Друзья, каких материалов в «Правде за Одессу» Вы бы хотели видеть больше?

все опросы