Алена Зайцева, осужденная за резонансное смертельное ДТП в Харькове на Сумской, которое забрало жизни шестерых человек, находится в Харьковском СИЗО, с октября 2018 года, в камере №400. Она отказывается есть тюремную пищу — кроме хлеба — и питается только теми продуктами, которые получает от родных, передает «Крапка».
Пенитенциарщики говорят, что хорошо помнят, как 18 октября 2017 года к ним доставили молодую черноволосую девушку Алену Зайцеву. Вспоминают, что с того дня и еще несколько месяцев подряд она постоянно плакала и ни с кем не разговаривала. Сейчас Алена, судя по всему, свыклась с мыслью, что еще многие годы ей придется находится в местах лишения свободы, но все еще отказывается от тюремной еды и питается тем, что передает родня.
Заместитель начальника по социально-воспитательной и психологической работе Харьковского следственного изолятора Дмитрий Холод лично проводит экскурсию по женскому корпусу СИЗО. Зайцева от общения с нами, как и с другими журналистами, отказались.
«Ей, наверное, просто, нечего сказать. Всё, что хотела, она рассказала в суде», – замечает Холод.
Нам рассказывают, что никаких «вип-камер» здесь нет. Площадь камеры №400 – стандартные для этого этажа 40 квадратных метров.
В камере стоят двухярусные нары, с нижних кроватей свисают розовые шторки. Не так давно здесь побывали правозащитники, сняли камеру на видео. На их кадрах видно, что на одной из кроватей лежит мягкая игрушка, а у соседней кровати стоит бутылка «Боржоми».
«Водопроводы старые, и поэтому никто не пьет воду из-под крана. Это общая проблема наших СИЗО и везде покупают бутилированную воду для питья и чая», – рассказывал нам экс-глава пенитенциарной службы Сергей Старенький.
В камере есть небольшой телевизор, стол для еды с электрочайником, умывальник (рядом с ним висело полотенце с цветными совами). На окнах – белые полупрозрачные занавески, на подоконниках – книги.
«Зайцева больше интересуется классикой и женскими романами. В основном книги ей приносят родители. Из последнего, что она брала у нас, это «Волки Лозарга» Жюльетты Бенцони, «Незабудка» Элизабет Лоуэлл и много разных произведений Дарьи Донцовой», – рассказывает библиотекарь Ирина Петровна.
В камере есть санузел, душ и биде. В углу душевой – цветные тазики для стирки. Также на этаже есть общий душ для всех девушек. Пользуются они им два раза в неделю – это обязательно. Душевые кабинки чистые, но открытые – нет ни шторок, ни дверей.
«Жить можно. Свежий ремонт, чисто. И хорошо, чтобы так было везде. Это не сравнить с тем, что мы видели в камерах для мужчин. Там и грибок, и грязь, и старая мебель», – рассказывает правозащитник Дмитрий Удачин.
По словам Дмитрия Холода, Зайцева до сих не питается едой, которую готовят в столовой изолятора (исключение – хлеб, который выпекают в СИЗО). Как правило, продукты Зайцевой приносят родные. К слову, в СМИ проскальзывала информация, что отчим к девушке на свидание ни разу не пришел, ее навещают лишь мать и адвокаты.
О сокамерницах нам рассказывать отказались. Известно лишь, что по закону с ней должны сидеть те, кто, как и она, попал за решетку в первый раз. Нам говорят, что Зайцева нормально контактирует с сокамерницами, споров и конфликтов, как правило, не возникает.
«Когда Алена Зайцева только попала к нам, она постоянно плакали и почти ни с кем не говорила. Сейчас ее психологическое состояние не вызывает опасения. Алена часто заходит в кабинет психолога просто выговориться. Это помимо обязательных занятий», – рассказывает психолог в СИЗО.
На территории следственного изолятора есть церковь, которую заключенные посещают по желанию. В СИЗО говорят, что Зайцева часто туда заходит.
Еще известно, что Зайцева обращалась к тюремным медикам. У нее неврологические заболевания.
«В Харькове все женские камеры примерно такие же, как та, в которой сидит Зайцева. Условия приближены к европейским стандартам. Единственное, в чем может быть разница, так это в том, что есть камеры, где сидят по 8–10 человек, и это не очень хорошие условия. А есть, как, например, у Зайцевой – по четыре. Все на усмотрение администрации», – рассказывает Сергей Старенький.
Он говорит, что поскольку Зайцеву осудили за убийство по неосторожности, то, скорее всего, она будет сидеть в так называемой колонии-поселении.
«Там режим, как в армии. После проверки можно заниматься чем хочешь, по желанию – работать. Практически нет никаких ограничений в перемещении внутри колонии, количестве свиданий с родными. А через полгода ее родные могут снять ей домик в соседнем поселке и жить там вместе. Ей надо будет только приходить, «отмечаться», – рассказывает Старенький.
Напомним, судебное разбирательство громкого дела о ДТП на улице Сумской в Харькове, которое произошло 18 октября 2017 года и в результате которого шесть человек погибли и пять были травмированы, сопровождалось широким общественным резонансом, затягиванием следствия, исчезновением главных свидетелей.
В тот вечер автомобиль Lexus, за рулем которого была 21-летняя Алена Зайцева, проехал на красный свет и на большой скорости пересек перекресток, где за доли секунды врезался в Volkswagen (авто второго обвиняемого Геннадия Дронова), после чего вылетел на тротуар и сбил 11 пешеходов, ожидавших зеленого сигнала светофора на пешеходном переходе.
Сразу на месте трагедии погибло пять человек. Еще шестерых пострадавших доставили в больницу с повреждениями разной степени тяжести. Одна из них умерла в больнице, не приходя в сознание, после недельной комы.
Алену Зайцеву и Геннадия Дронова приговорили к 10 годам лишения свободы. Однако приговоры до сих пор не вступили в силу, поскольку обвиняемые подали апелляции. Именно поэтому Алена Зайцева вот уже более полутора лет находится в Харьковском следственном изоляторе.
влажность:
давление:
ветер:
