197 лет назад, 7 мая 1823 года, в возрасте 40 лет, Михаил Семёнович Воронцов принимает назначение генерал-губернатором Новороссийского края и полномочного наместника Бессарабской области.
“Воронцов, Михаил Семенович, воспитанный в Англии, сын русского посла, был среди русских высших чиновников человек редкого в то время европейского образования, честолюбивый, мягкий и ласковый в обращении с низшими и тонкий придворный в отношении с высшими. Он имел все высшие чины и ордена и считался искусным военным, даже победителем Наполеона под Краоном”.
19 мая 1782 года, в семье дипломата, графа Семена Романовича Воронцова и его жены Екатерины Алексеевны (ур. Сенявиной) родился сын Михаил.
Михаилу Воронцову к двенадцати годам уже пожалован был чин камергера императорского двора, что позволяло в армейской иерархии сразу претендовать на генеральский мундир. И немалое число юношей той же придворной касты пользовалось подобными «льготами», принимали мнимую эту выслугу и обряжались в свитские генеральские мундиры, над блеском мишуры которых так потешался Александр Васильевич Суворов.
Михаил Воронцов отверг золотой камергерский ключ, как отмычку для военной карьеры. Он странным образом употребил высокие родственные связи и покровительства, исхлопотав рекомендации в свой же полк, воюющий на Кавказе, в младшем возможном чине подпоручика.
Персидский поход, война на Кавказе для молодого офицера стали главной жизненной школой. Под командованием генерала Цицианова он участвовал во взятии крепости Ганжи и отличился в штурмовой группе. За сражение под Закаталами был повышен в чине и награжден за храбрость, личное мужество и вклад в общую победу. Судьба хранила юного героя от взрывов, картечи, ружейной пули и вражеского клинка для дел великих во славу Отечества.
Дослужившись до генерала, пройдя все сражения Отечественной войны 1812 года и под Смоленском, и на Бородинском поле, Михаил Семенович Воронцов со своим отдельным корпусом в чине уже генерал-лейтенанта гнал французов по Европе, брал Лейпциг и Париж. Был командующим всего экспедиционного оккупационного корпуса российских войск после разгрома Наполеона. Снискал искреннюю любовь и благодарность французского народа за то, что первым делом стал наводить порядок в разрушенных городах и деревнях, помогал восстанавливать хозяйство, прокладывать дороги, строить мосты через реки, налаживать мирную жизнь портов, станций. Воронцов развернул такую деятельность в содействии побежденной стране, что многие воины из его корпуса остались на полюбившейся им земле и после вывода армии из Франции.
В 1819 году Воронцов, бывший тогда в Париже, влюбляется в красавицу Елизавету Ксаверьевну Браницкую и женится на ней. Состояние графа удваивается: Елизавета Браницкая была очень богатой. Летом 1820 года, путешествуя югом России, супруги Воронцовы посещают Одессу. А уже 28 июля 1823 года генерал-лейтенант граф Воронцов в Кишиневе принимает дела по управлению краем у генерала Инзова и доводит до сведения Михаила Семеновича, что его резиденция будет находиться в Одессе, и приезжает в наш город.
Очень много было сделано Воронцовым для просветительства и научно-культурного подъема в наших местах. Через пять лет после его прибытия открылось училище восточных языков, в 1834 году в Херсоне появилось училище торгового мореплавания для подготовки шкиперов, штурманов и судостроителей.
До Воронцова в крае было всего 4 гимназии, генерал-губернатор открывает целую сеть училищ в бессарабских землях: Кишиневе, Измаиле, Килие, Бендерах, Бельцах. При симферопольской гимназии начинает действовать татарское отделение, в Одессе — еврейское училище. Для воспитания и образования детей небогатых дворян и высшего купечества в 1833 году было получено Высочайшее соизволение на открытие института для девушек в Керчи.
В 1839 году в Одессе Воронцовым было учреждено Общество истории и древностей. Личным вкладом графа в начавшее пополняться хранилище древностей при Обществе стала коллекция ваз и сосудов из Помпей.
В результате горячей заинтересованности Воронцова, по мнению специалистов, «весь Новороссийский край, Крым и отчасти Бессарабия в четверть века, а труднодоступный Кавказ в девять лет были исследованы, описаны, иллюстрированы гораздо точнее и подробнее многих внутренних составных частей пространнейшей России».
Все, что касалось исследовательской деятельности, делалось фундаментально: множество книг, связанных с путешествиями, описаниями флоры и фауны, с археологическими и этнографическими находками, издавались, как свидетельствовали хорошо знавшие Воронцова люди, «при безотказном содействии просвещенного правителя».
Секрет необыкновенно результативной деятельности Воронцова заключался не только в его государственном складе ума и необыкновенной образованности. Он безукоризненно владел тем, что мы сейчас называем умением «собрать команду». Знатоки, энтузиасты, умельцы в жажде привлечь к своим идеям внимание высокого лица, не обивали графского порога.
«Он сам их отыскивал, — вспоминал один свидетель «новороссийского бума», — знакомился, приближал к себе и в случае возможности приглашал на совместную службу Отечеству». Сто пятьдесят лет тому назад это слово имело конкретный, возвышающий душу смысл, подвигавший людей на многое…
Он похоронен в Одессе в кафедральном Спасо-Преображенском соборе. Ему поставлены памятники в Одессе и Тбилиси, да что там… вся Одесса уже сама памятник ему.
Более пятидесяти полновесных томов личного архива князя Воронцова изданы в конце ХIХ века, где только письма государей российских Воронцовым занимают целый том.
Имя Михаила Воронцова наряду со всеми героями Отечественной войны запечатлено на мраморной доске воздвигнутого в честь победы Храма Христа Спасителя.
А на каменистом мысе крымского берега в Алупке и черноморском береге Одессы стояли, стоят и будут стоять его Воронцовские дворцы…
влажность:
давление:
ветер:
