Просто о сложном, объективно о главном

предложите новость

форма отправки новости
X

Необыкновенная история злоключений самого невезучего одесского издания

Была в Одессе одна достаточно крупная газета, которая не смотря на участие в ее издании многих, неоспоримо талантливых людей, приносила своим владельцам сплошные неприятности, убытки и разочарования. Собственники и редакторы в ней менялись с завидной регулярностью, причем избавиться от издания пытались теми же способами, как и приобрести его — путем подставных лиц, подкупа и личных связей.

Началось все с того, что в июле 1896 г., ординарный профессор Императорского Новороссийского университета в Одессе, статский советник Н.Е. Чижов, обратился в Главное управление по делам печати с просьбой разрешить ему, как редактору, издавать в Одессе ежедневную политическую, научно-литературную, торгово-промышленную и финансовую газету под названием „Южное обозрение“. Буквально через 2 месяца разрешение было получено и Чижов приступил к изданию газеты.

Но что то сразу пошло не так, «Южное обозрение» с трудом выдерживало конкуренцию с другими газетами аналогичной тематики и уже через год Чижов попытался продать право издания «Южного обозрения» другим лицам — «одесскому купцу Саулу (он же Шевель) Исааковичу Соколовскому, греческо-подданному Льву Ксенофонтовичу Паппадато и дворянину Николаю Петровичу Цакни, с утверждением последнего, Цакни, редактором».

Николай Петрович Цакни

Цензурное ведомство отклонило эту просьбу, а неприятности с газетой, после неудачной попытки продажи, стали развиваться с космической скоростью.

Чижова обвинил в мошейничестве его партнер, владелец типографии, где издавалось «Южное обозрение», Исакович. Вся Одесса долго обсуждала скандальную историю, о том, что Чижов вознамерился избавиться от газеты потому, что не хотел возвращать Исаковичу, долг, составлявший свыше тысячи рублей, притом что сам Исакович «затратил специально для этого издания свыше десяти тысяч, что совместно с неуплоченным долгом отзовется разорительно».

Месяца через три, как только скандал утих, Чижов предпринял вторую попытку избавится от «газеты-неудачницы». На этот раз он обратился в Главное управление по делам печати с просьбой о передаче права издания своей газеты доктору медицины, губернскому секретарю, К.Н. Новосельскому. Новый кандидат состоял при Министерстве внутренних дел, был Главным управлением по делам печати одобрен и в октябре 1897 года приступил к изданию «Южного обозрения».

Энтузиазм Новосельского тоже закончился быстро, уже в январе 1898 г. он начал искать кому бы сбыть издание-неудачник. Единственным желающим вновь оказался Цакни. Но так как его кандидатуру уже отклоняли ранее, было решено попытаться продать газету через подставное лицо. В официальном прошении новым издателем должна была стать вторая жена Цакни, певица Элеонора Павловна Ираклиди. Однако как оказалось, в Главке по делам печати сидели отнюдь не дураки и Новосельский получил резкий отказ: «Отклонить ввиду уже отклоненной ранее просьбы Цакни и Ко »

Следующую попытку провернуть продажу «Южного обозрения» неугодному чиновникам из-за «политической неблагонадежности» Цакни, Новосельский предпринял через пол года. На этот раз подставным лицом на должность издателя стал дальний родственник Цакни, юрист А. В. Лазарис. А желающий избавится от убыточного бизнеса Новосельский, подключил для одобрения прошения свои личные связи. М.П. Соловьеву, тогдашнему начальнику Главного управления по делам печати, написал отец К.Н. Новосельского — член совета Министерства финансов, тайный советник, бывший городской голова Одессы, бывший председатель Верхнеуральского уездного суда Н.А. Новосельский: «Обстоятельства как личного, так и общественного характера вынуждают его (К.Н. Новосельского) настоящее время передать это издание другому лицу».

Новосельский-старший настоятельно просил М.П. Соловьева удовлетворить ходатайство сына и обязанный ему в прошлом Соловьев, уступил. Цакни заплатил Новосельскому 3 тысячи рублей и стал наконец-то владельцем вожделенной газеты. Как вы думаете. Как скоро он об этом пожалел?

Итак, как же скоро пожалел Цакни о приобретении «Южного обозрения»? Да почти сразу! Поддержание газеты на плаву требовало гигантских расходов, и Цакни решил превратить убыточное издание в прибыльное с помощью своего зятя, будущего классика русской литературы, Ивана Бунина.

Иван Бунин

Впрочем зятем Бунин в то время еще не был, а только подумывал о женитьбе на красавице-дочери Цакни, Анне.

Анна Цакни

Зато будущий русский классик уже имел некоторый опыт редакционной работы и вывод газеты из кризиса виделся будущим родственникам в том, чтобы «устроить дела на компанейских началах».

Бунин решил привлечь к реформированию и редактированию «Южного обозрения» своего старшего брата — Юлия Алексеевича, при этом он даже предлагал ему такие условия, что «года три ничего не будут требовать за газету, а потом получать деньги в рассрочку, или так, чтобы компания хороших сотрудников работала бесплатно и получала барыши». Идея была и в том, чтобы «сотрудники при тех же условиях вступили пайщиками в газету, чтобы можно было, наконец, создать хорошую литературную газету в Одессе».

Юлий Бунин

Несколько последующих месяцев Иван Бунин действительно вплотную занялся тем, что посвятил все свое время подбору новых авторов для газеты. Для этого он «мобилизовал» свои литературные связи в Москве и Петербурге. В итоге ему удалось заручиться поддержкой целого ряда более или менее известных писателей, которые дали согласие присылать в «Южное обозрение» свои произведения и включить (в рекламных целях) свои имена в список сотрудников газеты. Среди этих «сотрудников» были между прочим такие звезды, как
К.Д. Бальмонт, В.Я. Брюсов, Ю.А. Бунин, А.И. Куприн, В.Н. Ладыженский, Д.Н. Мамин-Сибиряк, Немирович-Данченко, Ф.К. Сологуб и другие. При этом Бунин старался блюсти интересы тестя и на первых порах, ссылаясь на его неплатежеспособность, просил своих корреспондентов печататься в «Южном обозрении» даром. Но сам он буквально жил газетой, ее нуждами, то и дело сердясь на нерасторопность ее одесских сотрудников и несговорчивость издателя.

Однако для полноценной работы Бунин должен был сам получить официальную должность в издании, которым фактически руководил. Для этого подставной владелец А.В. Лазарис, по указанию фактического владельца газеты Цакни, обратился в цензурное ведомство империи за разрешением утвердить «дворянина Ивана Алексеевича Бунина в звании второго редактора». Еще одна роковая ошибка запустившая в действие огромный бюрократический механизм.

Получив прошение Лазариса, печатный Главк разослал запросы о благонадежности И.А. Бунина в Департамент полиции и одесскому градоначальнику. Последний в свою очередь с аналогичными запросами обратился к местным полицеймейстеру и начальнику жандармерии.Полученные отовсюду ответы для И.А. Бунина были более чем благоприятны, НО… опять это НО!

Главное управление печати смутило то, что не смутило академиков Императорской академии наук по разряду изящной словесности, голосовавших за кандидатуру Бунина в качестве почетного члена Академии. Чиновники от печати не позволили будущему классику русской литературы стать вторым редактором провинциальной газеты, по причине «отсутствия образовательного ценза». (формально Бунин действительно не получил систематического образования, он отучился только в трех классах гимназии).

Вот из-за этой бюрократии чиновников Бунин не смог стать редактором «Южного обозрения» и сделать его по-настоящему «хорошей литературной газетой».

Тем не менее писатель по-прежнему проявлял заинтересованность в газете и продолжал с ней сотрудничать, хотя дела шли из вон рук плохо. Писатель жаловался на убыточность, долги и цензоров, которые беспощадно резали материалы лучших авторов. Бунин покинул «Южное обозрение» одновременно с уходом от жены, Анны Цакни, весной 1900 года.

В последующие 6 лет очередным официальным издателем-редактором газеты был В.Н. Маракуев, а после смерти Н.П. Цакни (в 1904 г.) она перешла к Г.Н. Бейленсону.

А уже в декабре 1905 г., в пору Первой русской революции, против «Южного обозрения» было возбуждено уголовное дело — за напечатанную в одном из номеров статью «Чего хотят люди, которые ходят с красным флагом», причем этот номер был изъят из обращения и уничтожен; правда, 15 июня 1906 г. следствие было прекращено. Но это стало началом конца:

В газете на постоянной основе публиковались материалы, которые в условиях военного положения, объявленного в Одессе, не могли не быть самоубийственными для издания.

В итоге 10 июля 1906 г. специальным постановлением генерал-губернатора Одессы генерал-майора К.А. Карангозова «Южное обозрение» было приостановлено «на все время военного положения». На деле же это означало закрытие газеты, теперь уже навсегда…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

«Delfi»: позор продолжается

Как говорится, это уже не смешно. Все эти «половецкие пляски» различных органов власти вокруг проблемы утилизации танкера, который восемь месяцев лежит на боку в акватории пляжа «Дельфин», в непосредственной близости от береговой линии, стали вызывать ощущение непрекращающегося безумия.

Кредит, не малая приватизация и старые дома

С протестного митинга на Думской начался 22 июля сессионный день в городском совете. Собравшиеся на площади у одесской мэрии таким образом возражали против намерения городской власти взять очередной кредит – такой проект решения присутствовал в обнародованной повестке дня очередной сессии.

Адаптивный карантин продлен до 31 августа

Такое решение правительство приняло на прошлой неделе. То есть, как минимум, до конца лета нам жить с масками, антисептиками и социальной дистанцией.

Благотворительный фонд Виктора Баранского «За Одессу!» традиционно чтит юбиляров

Волонтеры благотворительного фонда Виктора Баранского «За Одессу!» поздравили с 90-летием замечательную женщину, уважаемую одесситку, бывшую сотрудницу завода «Промсвязь» Веру Никифоровну Дзеро, которая много лет своей долгой, непростой жизни отдала самоотверженной работе, заботе о людях, трудовым достижениям.