Романтика и правда подводных кораблей

Сведений об этом музее вы не найдете в городских справочниках или в рекламных газетных объявлениях. Коллекция экспонатов, посвященная истории отечественного подводного флота, скромно расположилась в Объединении ветеранов-подводников им. Героя Советского Союза Н. А. Лунина. Собрал ее капитан первого ранга в отставке В. И. Белоусюк, возглавляющий объединение.

Сразу бросаются в глаза живописные портреты графа Михаила Воронцова, адмиралов Павла Нахимова и Федора Ушакова.

— Сергей Машанов подарил, — поясняет Владимир Иванович, — бывший мой подчиненный. На корабле красиво рисовал, а сейчас реставрирует картины в Третьяковке.

Множество фотографий, на которых отображена суровая жизнь моряков-подводников, макеты субмарин, боевые награды, вымпелы – экспозиция впечатляет.

— С чего началось ваше увлечение коллекционированием?

— С бабушки и мамы. Мой прадед – генерал царской армии. Его награды бабушка сохранила, что само по себе – подвиг, так как прадеда расстреляли в 1937-м. Отец с боями прошел путь от Ленинграда до Берлина. И мама с бабушкой все, что связано с ратной службой моих боевых предков, сохраняли. И меня приучили беречь семейные реликвии. Потом, учась в училище, если что-то интересное находил, привозил маме. Так что ее можно считать хранительницей коллекции.

Владимир Иванович начинал срочную службу морским пехотинцем. Потом окончил Севастопольское высшее военно-морское инженерное училище подводного флота. 12 с половиной лет прослужил на атомных подводных лодках. Принимал участие в испытании трех новейших кораблей – их макеты на почетном месте. Трудился военным представителем на судостроительных предприятиях, был военно-морским атташе при посольстве в Ливане. Его фамилия внесена в Книгу национальных лидеров Украины «Золотой фонд нации».

— Трудно, наверное, посчитать, сколько времени из двенадцати с половиной лет вы провели под водой, Владимир Иванович?

— Ну, почему же? Статистики все подсчитали – 7 лет 11 месяцев и 8 дней.

— И сколько длился ваш самый длительный поход?

— 5 месяцев. Ходили по маршруту Баренцево море – Норвежское – Гренландия – Северный Ледовитый океан – Куба – Индийский океан – Йемен и обратно. Это тяжелая и ответственная работа. Как говорил Герой Советского Союза Израиль Фисанович, погибший в 1944 году, «подводная лодка – это механизм, в котором или все погибают, или все выживают». Жизнь всего экипажа зависит от каждого в отдельности. Эту мысль я и хочу донести до посетителей нашего музея.

— Часто приходят посетители?

— Родители детей приводят, коллеги обязательно интересуются, космонавты у меня были. К сожалению, молодежь плохо знакома с героической историей нашего народа. Вот спроси одессита, кого он знает из легендарных земляков-подводников? Надеюсь, что многие назовут Александра Маринеско, гораздо меньше – контр-адмирала Николая Лунина, а о Петре Грищенко известно единицам. А человека десять раз представляли на звание Героя Советского Союза и десять раз наверху его кандидатуру отклоняли. Правда, в последний раз Петр Денисович сам отказался, сказал: отдайте Звезду Маринеско.  И это при том, что по свидетельству адмирала Трибуца лодка «Л-3», которой командовал Грищенко, по объему потопленного во время войны тоннажа опережает всех, кроме лодки Маринеско. Не хвалясь, скажу, что на свои средства создал в мореходном училище музей Грищенко, Лунина и Маринеско. Раньше там даже табличка с моим именем висела, а сейчас куда-то исчезла. Да ладно, Бог с ней, с табличкой.

— Какой из экспонатов – самый любимый?

— Все любимые, каждый имеет свою историю. Естественно, не могу не назвать ордена и медали, которыми сам был награжден. Вот мой первый орден – Красной Звезды. Дорога и фотография подводной лодки «Запорожье», чья судьба драматична. Фото мне подарил ее капитан Шагеев, член нашей организации, знаю его еще курсантом.

— Откуда приходит пополнение, Владимир Иванович?

— Ищу, покупаю. Дарят коллеги, в том числе и зарубежные. Я член международной организации ветеранов-подводников, чья штаб-квартира расположена в Сан-Диего, вхожу в Совет организации. Встречаясь на международных форумах, обмениваемся артефактами. Взять, к примеру, уникальную коллекцию зажигалок. Чем она уникальна?  В США, когда новая лодка опускается на воду, компания «Зиппо» выпускает зажигалки, посвященные этому событию – строго по количеству экипажа. Ее мне американский адмирал подарил. Макеты лодок дарили англичане, греки, поляки.

— А что это за агрегат?

— Не агрегат, а семафор. С крейсера «Дзержинский». Когда его списали на металлолом, корабль стоял возле завода Орджоникидзе в Севастополе. По каким-то причинам семафор рухнул под воду. Мы об этом знали, и когда было решено чистить бухту, добились разрешения, вооружились аквалангами и подняли семафор со дня моря.

— На большую глубину пришлось погружаться?

— Да нет, метров 15-20. Как перевозили в Одессу, рассказывать не буду. Может быть, в книге, которую пишу уже несколько лет, раскрою подробности. В Одессе мы его отреставрировали, даже испытание провели: светит – мама не горюй!

-То есть вы не ограничиваетесь исключительно «подводной» тематикой?

— Основа коллекции – история подводного флота. Но как пройти мимо интересного экспоната? Например, одна бабушка принесла горн, оставшийся от деда – бойца Первой конной армии Буденного. Это ведь все – наша история. Мой долг офицера – сохранить ее такой, какова она есть на самом деле.