Просто о сложном, объективно о главном

предложите новость

форма отправки новости
X

    На темы морали: Держите вора!

    В один из солнечных дней золотой одесской осени решили с семьёй поехать и убрать на могиле родителей. Пока трудились, мимо проехал на велосипеде пожилой мужчина. Остановился невдалеке и стал, обращаясь к нам, рассказывать о том, что знал моего отца – Ивана Петровича Гайдаенко. У него даже дома книга писателя есть с дарственной надписью.

    Я поблагодарила одессита за память. Тут бы мне остановиться, но я продолжила свою мысль, которая всегда со мной, когда прихожу навестить своих на Втором Христианском.

    —  Сколько достойных людей ушло – созидателей, творцов, целая эпоха. Как мало в нашей сегодняшней жизни мы говорим о них и знаем. 

    —  Ну, как сказать, —  протянул в ответ мой новый знакомый. – Я работал водителем в райисполкоме и много чего видел из-за «кулис». Воры  — эти коммунисты. Воровали по-чёрному. Ничего хорошего мы не видели при них.

    Конечно, я не ожидала такого разворота: здесь, на кладбище, так безапелляционно, огульно, всех под одну гребёнку. Я возразила:

    —  А сейчас не воруют? Или мы достигли больших успехов, и жизнь наша стала краше? 

    —  Да. Я так считаю – жить стало лучше. По сравнению с той прежней страной, в независимой Украине стало жить свободней.

    Видя угрозу далеко идущей дискуссии на аллее кладбища, где прах наших предков взывает к тишине и скорби, и поняв немиролюбивый настрой собеседника, я остановила спор. Доказывать что-либо человеку с зашоренными глазами и совершенно не слышащему тебя – дело гиблое.

    Но его непоколебимая уверенность в правильности беспощадной характеристики того времени меня поразила. Хотелось отключиться от этих мыслей, а они, как назойливая осенняя муха, догоняли меня повсюду.

    Я пыталась объективно рассуждать о тех жутких моментах в истории Советской власти, в которых её сегодня упрекают: и о голоде 30-х годов, и о репрессиях, и о трудной жизни крестьян на селе, и о «железном занавесе», и о гонениях на церковь. Но всё время возвращалась к моему собеседнику с вопросом – разве не вы и все те, кто корит СССР в этих занозах, были членами этого общества строителей коммунизма? Не поверю, что вы не пользовались социальными благами социализма, которыми славился Советский Союз.

    И вы, и ваши близкие, наверное, начинали своё детство с бесплатных садиков и школ, может, и высшее образование бесплатно получили! Хоть раз, да обращались к действительно бесплатной советской медицине. Уверена, что за свою долгую жизнь, работая в райисполкоме, и в санаториях побывали по путёвкам профсоюза. А по праздникам, что греха таить, в буфете исполкома неплохие пайки получали. Или отказывались?! А на государственной машине не «колымили», имея прибавку к зарплате? Разве нет? А не живёте ли вы, случайно, в жилом микрорайоне, построенном ещё во времена СССР, раздававшего бесплатные квартиры. А помните, какие тарифы были на ЖКХ и газ?

    Не забывайте, Страна Советов шла не проторенной дорогой, единственной в мире. Попробуйте вы пройти первопроходцем по бездорожью — обязательно споткнётесь. А у наших дедов и отцов была мечта – превратить нехоженые тропы в светлый путь для всех людей.

    Может, это была утопия, но какая заманчивая! Надо было помогать, а не подножки ставить, наблюдая со стороны – сколько мечте этой жить осталось.

    Ушедшие поколения подарили нам мощную, богатую индустриальную страну, восстановленную после разрушительной войны 1941–1945 гг. Две тысячи сожжённых городов и посёлков, 25 млн. бездомных, 70 тысяч разорённых деревень, почти сто тысяч разграбленных колхозов, 32 тысячи мёртвых заводов, фабрик и электростанций. Они смогли снова вдохнуть в них жизнь. И цены, кстати, после войны снижались. А вы говорите – воры!

    Если вас не устраивала такая жизнь, как вы утверждаете, честнее было поступить, как поступали все диссиденты, – уехать из страны. Не могли, понимаю. Тогда надо было собраться с духом и разоблачать всё негативное, что видели, не молчать. Хотя бы в органы ОБХСС или в газету писать пробовали? Очень действенная была критика через прессу. Тогда, может быть, и перемены раньше начались бы, да не такие резкие, что до сих пор от этой «свободы мышления» голова кругом, и переварить эту свободу никак не можем. Она вроде есть, но виртуальная, как сказал философ, «с цепями на ногах». Цепи эти – алчность, нищета, необразованность и всё то же воровство. А с такими цепями не бегут, только ползут.

    Но вы в то время отсиживались, вас всё устраивало в вашем тихом болотце. Вы не вызывали огонь на себя. Вы боялись.

    А люди, возле могил которых вы начали оскорблять прошлое, не дрогнули и во времена застоя, и в перестройку. Потому что они любили искренне и беззаветно свой дом. Но, к сожалению, на их жизненных дорогах не всегда встречались единомышленники.

    Будь они живы – многое бы они вам поведали о гражданской позиции. Нет, не той, что у вас с заученными фразами националистического толка о судьбе украинского народа. А о той каждодневной рутинной работе для своей многонациональной страны, где и вы жили, пользуясь всеми её благами. Они в отличие от вас, рисковали своим положением в обществе, жизнью, в конце концов, и не только на фронтах Великой Отечественной, но и на полях сражений в мирной обычной жизни.

    50-е годы… Шла очередная сессия Одесского областного совета депутатов. Раздали список народных заседателей областного суда для утверждения. Список длинный, на двух страницах. В нём оказалась фамилия бывшего заведующего облнаробразом, которого недавно сняли за хищения в сиротских домах. Предложили голосовать списком. Гайдаенко поднял руку и выступил против. Ведущий растерянно посмотрел на первого секретаря обкома. Товарищ Марков лениво повернул голову, уничтожающе посмотрел, кто это там мутит воду, и бросил ведущему: «Список утверждён на бюро обкома. Ставьте на голосование». Все депутаты подняли руки и только два человека – редактор газеты «Чорноморська комуна» Иван Коляда и писатель Иван Гайдаенко были против.

    Вы смогли бы, в 60-е годы на ХХIII съезде КПУ единственным среди всех депутатов проголосовать против первого секретаря КП Украины Петра Шелеста? Писатель Иван Гайдаенко смог, понимая никчемность решений съезда. Он не пресмыкался и не приспосабливался.

    Только пуля наёмного убийцы заставила замолчать рыцаря правды в Одессе, журналиста Бориса Деревянко, первого редактора «Вечерней Одессы». А вы снова молчали!

    Каждый, кто лежит на этих кладбищенских аллеях, столько сделал для нас с вами, для одесситов, для страны, что нам и не снилось. Нам бы учиться у них, а мы предаём их забвению, уничижаем их время. А как оценят нашу эпоху потомки, идущие за нами, – вы не задумывались?

    Почему из нашей жизни исчезли красивые песни, вы заметили? Их теперь не поют в сёлах, как пели раньше селяне, возвращаясь с поля, фермы после тяжёлого трудового дня. Город тоже погрустнел, умолк. За каким сегодня праздничным столом заводят разудалую застольную? А на улицах вечером давно не звучат голоса поющих компаний. Да и песен певучих, мелодичных, наших украинских никто не пишет.

    Не от хорошей жизни всё это.

    Зато сегодня на каждом углу кричат о коррупции и воровстве. Кричать не запрещено, пока. Почему бы под шумок «реформ» не покричать. Иду в ногу со временем – поддерживаю европейскую интеграцию. А делаю что? Опять ворую или ничего не делаю!

    Ваши рассуждения, дорогой товарищ, напомнили мне давнишнюю историю. В кабинет к сотрудникам принесли дальневосточную икру, но «левую», как тогда называли, расфасованную по пол-литровым банкам. Продавец давал немного попробовать. Нравилась – плати и бери. Приобрёл баночку и один из сотрудников этого коллектива. А через неделю, подъев приличное количество икры, он вернул её продавцу, затребовав деньги назад. «Вкус икры разобрал только на дне банки, — пояснил он. Не нравится, плохая». Попользовался, нажился и вернул, обхаяв.

    Вот и мы, всё получили от прежнего государства – попользовались и до сих пор ещё пользуемся, но теперь не страшно и осудить, а лучше отречься.

    Нет уж, полюбите нас чёрненькими, а беленькими нас каждый полюбит.

    За два года до смерти писателя Гайдаенко, в 90-х, в газету «Одесские известия» пришло письмо от бывшего сотрудника госбезопасности. В нём он рассказывал, как было заведено и уничтожено надуманное дело о шпионе, агенте немецкой разведки И. Гайдаенко. Спустя сорок лет он решился рассказать о неизвестном факте в биографии писателя, т.к. «реабилитация невинно подозреваемых и осуждённых перестала быть государственной тайной».

    Редактор газеты Виктор Василец долго не решался сообщить эту новость Ивану Петровичу. Но правду от своего друга скрыть не мог. С разрешения отца письмо было напечатано. И в наш дом посыпались звонки. Один из них был анонимный. Мужской голос спрашивал с ехидцей: «Как теперь вы относитесь к Стране Советов, которую так ревностно восхваляли, и как вам нравится КГБ?».

    Зная характер отца, я была уверена, что он устоит. «Не отрекаются, любя».  Но что творилось в его душе, знал только он. Тогда его ответ удивил меня.

    «Родина тут ни при чём. Она всегда остаётся матерью. Она не виновата, что её сыновья разные: умные и добрые, дурные и подлые. Тоже можно сказать и об органах безопасности: там служат такие же сыновья, а они разные… Но я твёрдо убеждён – без защиты органов госбезопасности наша Отчизна была бы давно предана и продана много раз…».

    Сейчас я понимаю, как же он был прав.

    Добавить комментарий

    Желаю,чтобы этот институт ещё долго радовал людей! Я сама там в 70х годах получила грамотную помощь. Спасибо!!! Процветания!

    -->

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    Итальянцы в Одессе

    Офис реставрации и урбанистики при одесском городском голове, в состав которого включены итальянские эксперты, создан и работает для осуществления координационных мероприятий, направленных на изучение и внедрение международного опыта в сфере реставрации, ревалоризации, архитектуры, урбанистики, создания благоприятных условий для развития туризма, формирования традиционного характера среды исторических мест, охраны объектов культурного наследия, привлечения инвестиций.

    ЗЕМЛЯ С МОЛОТКА

    На следующей неделе Верховная Рада намеревается принять во втором чтении законопроект о продаже земельных участков государственной и коммунальной собственности или прав на них через электронные аукционы (№ 2195). Об этом сказал спикер парламента, уточнив, что «задержки за Верховной Радой не будет».

    Этот день мы приближали, как могли!

    Даже если и были у кого-то сомнения в том, насколько всенародным и любимым является праздник 9 Мая (что греха таить, есть в нашем обществе еще моральные уроды), то они, эти сомнения, были моментально развеяны тем, как одесситы отметили День Победы. 

    День памяти и День Победы: мнение украинцев (соцопрос)

    Менее половины (41%) опрошенных граждан считают, что Украине следует отмечать и День памяти и примирения 8 мая, и День Победы над нацизмом 9 мая.