Действительно ли ветеранам нужна эмоциональная поддержка и как ее оказать. Советы практикующего психолога Маргариты Коробицыной
6 декабря украинские военные отмечают свой профессиональный праздник: день вооруженных сил Украины.
Сложный день, ведь просто праздником его не назовешь. Так складывается вся история человечества, что каждому поколению достается хотя бы одна война. Афганистан, Сьерра-Леоне, Ирак, АТО. Всегда где-то идёт война. Даже если не говорить о материальном ущербе, который она наносит всему на своем пути, остается проблема не менее важная: необратимое влияние на психологическое состояние человека.
Кандидат психологических наук, доцент, ассоциированный профессор Балтийского института логотерапии (Тарту) Маргарита Коробицына поделилась своими размышлениями о том, чем и как можно помочь вчерашним фронтовикам, если вы искренне этого хотите.
Мысли практикующего психолога. О войне. О военных, вернувшихся с войны. О том нужна ли им на самом деле помощь и поддержка. И в каком виде.
Война — удивительная вещь. Страшная. Но удивительная. Она убивает, калечит, ломает… Но делает человека настоящим. Слетают маски, улетучиваются » понты», человек возвращается к самому себе — к такому, какой есть. Проходит через стадию удивления, хотя точнее стоило бы назвать её — «ошарашивание». Возможно, через ступор и страх. Тут уж всё индивидуально.
Боевой стресс — вещь непростая. Затем человек меняется навсегда. Строго в научном смысле я определяю это, как системные изменения личности. А, говоря простыми словами, могу сказать, что он поднимает на плечи своей души неустранимый груз душевной боли за самое дорогое, что он защищает. И защищает столько, сколько хватает сил. Срастаясь с этим грузом, так и идет по жизни.
Только груз этот невидимый, неслышимый и не осязаемый для тех, кто на войне никогда не был. И, поэтому, не всегда понятный.
У каждого из нас, свой взгляд на трагедию и скорбь. Часто гражданские и военные смотрят на эти вещи с разных сторон.
Бывает, что гражданские рвутся помогать, реабилитировать, что-то делать. И это очень нужное и благородное стремление. Но только тогда, когда оно реализуется при знании особенностей состояния души участника боевых действий.
Одна из особенностей, например, состоит в том, что человеку, несущему груз последствий войны, сложно не поддаваться эмоциям при виде несправедливости, подлости, предательства, хамства, сохранять спокойствие и доброжелательность в ситуациях «мирной жизни». Это для гражданских она мирная. А для военных — она мирная лишь условно. И происходит это потому, что военный — профессионал сохраняет готовность к войне всегда.
Так вот, при отсутствии понимания такой специфики, многие стремления помочь, могут оказаться, мягко говоря, недейственными.
Вообще, важны очень взвешенные подходы к самому понятию социальной поддержки и, тем более, реабилитации участников боевых действий. Имеется в виду, что поддержка нужна реальная и постоянная, а не одноразовая, простите. Хотя и за это — спасибо.
Вернувшимся военным не нужна жалость. (» Ведь, и мы б никого не жалели…»)
Всем, кто хочет оказать социальную помощь и поддержку, прежде всего нужно подумать: что конкретно мы можем сделать для участников боевых действий.
При этом помощь:
УЗНАТЬ, КТО УЖЕ В КУРСЕ КОНКРЕТНОЙ ПРОБЛЕМЫ, И ЧТО ДЕЛАЕТ. А так же что требуется сделать в ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ,
ВЫВОД. Стоит перевести эмоцию-сопереживание в понимание — действие. Конечно, по возможности, исходя из того, что есть и на что хватит средств, времени и сил. Это и есть реальная помощь.
**
К счастью, в Одессе есть положительные примеры работы с военными, вернувшимися с войны.
Среди них — работа общественных организаций ВГО » Спiлка офiцерiв Украiни» и «Одеська Спiлка ветеранiв та iнвалiдiв АТО», которые отличаются постоянством, регулярностю и взвешенным подходом к делу социальной поддержки и реабилитации военных.
Как сообщала «Парвда за Одессу», Кабмин хочет наказывать за проникновение на военные объекты
влажность:
давление:
ветер:
